На море

  • 13 Марта 2019
  • Вне жанра
  •  

Берик сидел за стеной полуразрушенного здания и смотрел вперед. Напряженно и сосредоточенно. Прижав к щеке приклад винтовки и ожидая появления немцев, чьи отрывистые команды слышались издалека.

Айдар находился немного сзади. Оторвал застывший взгляд от спины Берика, огляделся по сторонам. Сослуживцы были разбросаны по линии портовой обороны, ближайший в сотне метров.

Повсюду вокруг гремели выстрелы орудий кораблей Балтийского флота, артиллерии фашистов, хлопки минометов, сухое хлопанье винтовок и автоматов. Если сейчас выстрелить в Берика, никто не догадается, что это дело рук его товарища и земляка.

Айдар еще раз осмотрелся. Вроде никого из наших рядом нет. Сжал покрепче винтовку, прицелился Берику в спину.

Палец приготовился дернуть за спусковой крючок.

***

Два казаха, уроженцы одного аула, прибыли нести морскую службу на эсминец «Скорый» три месяца назад, аккурат под начало войны.

Парни плохо говорили по-русски, на море никогда не бывали, только недавно выучились на токарей.

Призвались в армию и угодили служить за тысячи километров от казахских степей, в Таллин, где базировался Балтийский флот СССР. Благо, что попали в одну роту, а потом даже в один взвод.

Командир и другие солдаты к выходцам из братской республики отнеслись с пониманием. Обтесали, показали, натаскали. Вскоре земляки вполне сносно справлялись с чисткой палубы, обслуживанием корабельных орудий, тасканием толстых канатов. Отстояли на вахте положенное количество часов, всматриваясь в ночные таллинские огни. В общем, приучились.

Вот только после одного случая осталась у Айдара злобная ярость на своего товарища.

Как-то днем, получив письмо от родителей из аула под Кызылордой, он прочитал, что родные не очень огорчены его небольшими успехами на службе. И даже не обратили внимания на то, что командир отчитал его перед строем.

Такой случай действительно был. Высыпая за борт картофельную шелуху из ведра в первые дни службы, Айдар по незнанию сделал это против ветра. И тут же заляпал мундир лейтенанта, проходившего мимо.

Происшествие дошло даже до капитана эсминца, и он упомянул об этом на общем построении. Сказал мимоходом, для острастки, даже имени Айдара не прозвучало.

А Берик, оказывается, написал об этом в письме к своим родителям. И обставил дело так, будто Айдар непростительный грех совершил. Как если бы дезертировал или голый по палубе бегал перед иностранными корреспондентами.

И несмотря на все заверения матери, понятно было, что им там несладко приходится. В ауле плохие слухи быстро расходятся. Видимо, растрезвонила всем об этом случае мамаша Берика.

Мать писала, что стали на семью Айдара косо посматривать. В партком вызывали, душеспасительную беседу вели. Мол, разъясните сыну, что позорит своими действиями славное звание советского солдата.

Отцу немного хуже стало, у него сердце давно уже больное. Но ничего, держатся.

Прочитал тогда Айдар письмо, кинулся к Берику. Нашел в машинном отделении, где тот помогал механикам.

Подошел к огромному, широкоплечему, с залысинами земляку и ничего не сказал. Потому как сам Айдар был щуплый и низкорослый. Как говорится, соплей перешибешь.

— Что случилось, братишка? — поинтересовался Берик — Куда торопишься?

— Да нет, все в порядке — равнодушно ответил Айдар — Помощь не нужна?

И стал помогать протирать двигатели.

А следующим письмом, еще через месяц, мать коротко сообщила, что отец скончался. Не выдержало сердце. В ауле уже все вроде успокоилось, никто им ничего поперек не говорит. Но все-таки надорвалась, видно, где-то там в душе у отца последняя ниточка. И не успел Айдар порадовать батю последним достижением: благодарностью от командира за отличную службу.

Поэтому остался у Айдара крупный счет к соотечественнику. Все-таки с его подачи началась вся эта заварушка там, в далеком Казахстане.

***

В июне началась война с Германией. На исходе лета немецкие дивизии подобрались вплотную к Таллину, надеясь набросить железную удавку на горло советского Балтийского флота. Моряков выгребли с кораблей и бросили помогать городскому гарнизону отражать бешеные атаки фашистов.

В этой заварушке Айдар решился предъявить Берику претензии и расплатиться сполна за потерю отца.

Когда обороняли порт, где флот готовился к эвакуации в Кронштадт, появилась удобная возможность.

Он приготовился пальнуть в широкую спину сослуживца.

Жаль только, что не удастся заглянуть в глаза Берика, когда тот будет умирать, и рассказать, как долго Айдар ждал этой минуты. Могут увидеть другие моряки и заподозрить неладное.

И вот, когда он почти нажал на спуск, все вокруг, и даже Берик, дрогнуло и взвилось кверху от страшного удара.

Айдар отлетел назад, выронив оружие. Ударился сильно затылком и потерял сознание.

***

Очнулся в корабельном лазарете.

Огляделся вокруг, морщась от дикой боли в голове.

Каюта забита перебинтованными людьми. Кто-то лежал, бессмысленно глядя вверх. Кто-то кричал от боли. Доктор и медсестры возились в углу с тяжело раненным.

Помещение мягко покачивалось, издалека доносились всплески волн о борт корабля. «Наверное, отплыли уже!» — решил Айдар.

Поднялся, удивляясь, как протяжно скрипит молодое тело. Раньше никогда с ним такого не бывало.

Выбрался на палубу. Точно, отплыли. Решились все-таки на эвакуацию флота.

Он находился на родном эсминце «Скорый». Видно, подобрали свои после взрыва артиллерийского снаряда.

Айдар вспомнил, как глядел через мушку прицела на напряженно замершего Берика. Досадливо махнул рукой. Не успел застрелить сволочь! Хотя, чего огорчаться раньше времени? Может, Берика зацепило во время взрыва? У кого бы узнать?

Айдар поглядел вокруг, на дымящийся порт Таллина, на военные и гражданские судна, неровной цепью выстроившихся в море.

Впереди шли тральщики, шаря по воде в поисках мин. Рядом с одним из моря взметнулись белые фонтаны разрывов. Траулер потерял скорость, стал быстро оседать на бок.

В небе урчали немецкие самолеты, щедро сыпали бомбами на спешащий флот. Наших самолетов почти не было видно.

Корабельные орудия яростно огрызались на атаки с воздуха.

Неподалеку шедший вровень со «Скорым» корабль тоже натолкнулся на мину. Вздрогнул от мощного взрыва, накренился, с его бортов посыпались люди.

Вскоре эсминец вошел в минные поля, следуя курсом, указанным командованием. Флагманский крейсер «Киров», стремясь проскочить опасный участок, вырвался далеко вперед, оставив большую часть флота позади.

Все море вокруг было усеяно гражданскими судами, сторожевыми катерами, тральщиками и сторожевыми кораблями. То и дело рядом с ними от взрывов мин и торпед вздымалась вверх вода.

Айдар позабыл о мести и контузии. Вцепившись в поручни, вместе с сотнями других солдат и гражданских лиц на эсминце, он смотрел на развернувшееся сражение.

Балтийский флот поспешно уходил из Таллина, а немцы старались его потопить.

А потом все вокруг закричали. Из зеленой воды, совсем рядом со «Скорым», вынырнуло круглое черное тело мины. Еще чуть-чуть, и эсминец заденет ее.

Корабль не думал сбавлять ход. Айдар инстинктивно хотел отступить в сторону, подальше от места взрыва, но вокруг плотно стояли люди.

А потом вдруг какой-то солдат спрыгнул с борта в воду. Плюхнулся ногами вниз, тут же вынырнул, жадно заглатывая воздух. И поплыл к мине.

В два-три взмаха достиг цели, надавил на нее руками, потащил в сторону от корабля.

— Не, бесполезно... — громко сказал кто-то у Айдара под ухом — Не успеет он. Зря прыгал.

— Закройся — осадил кто-то дальше — Он шкурой рискует ради всех.

Пловцу удалось совершить невозможное. Продолжая упорно грести ногами, он оттолкнул мину подальше от борта эсминца. Корабль прошел мимо, а мина прыгала на волнах, немного скребя по его железному боку.

«Скорый» ходко пошел дальше, оставляя за собой пенящийся след. Все громко кричали и благодарили спасителя, чья голова темнела рядом с миной. Потом ныряльщик поднял руку и Айдар с изумлением узнал в нем Берика.

К смельчаку устремился торпедный катер, чтобы поднять на борт. Издали Айдар увидел, как Берика втащили на борт катера. А потом над ними проскользнул немецкий бомбардировщик. Катер вспыхнул от удара снаряда, быстро пошел на дно.

Айдар закрыл глаза, сжал руками голову, отошел в сторону.

***

Около девяти вечера, после наступления долгожданных сумерек, скрывших корабли от авиации противника, главные силы флота вошли в плотные минные поля. Все, что было до этого, показалось детской игрушкой.

Оставшиеся тральщики подорвались первыми. Затем настала очередь других кораблей. Глухие взрывы мин слышались повсеместно.

«Скорый» тоже в темноте со всего маху натолкнулся на мину. По корпусу эсминца пробежала гулкая дрожь. Люди кричали и прыгали в воду с кренящегося корабля.

Айдар сначала тоже рванулся было к воде. Но затем отошел в сторону. Посмотрел на небо, где басовито гудели двигатели немецких самолетов, продолжавших ночную охоту за конвоем.

И побежал к артиллерийской установке. Забрался вовнутрь. Прислушался к тонкому дребезжанию, охватившему тонущий корабль.

Орудия были готовы к бою. Он начал вести беспорядочный огонь по небу, нащупывая вражескую авиацию. Потом заметил мелькнувшую в ночной тьме тень самолета и радостно сосредоточил огонь по ней.

Эсминец медленно опускался в воду.

  • Поделиться

Похожие произведения