Путь к рассвету


Часть 4. «Wonder Future».

Обратный полёт прошёл без происшествий. Дни полёта к Земле тянулись долго, вид у астронавтов был хмурый. Скоро с Земли стали приходить сообщения, из центра НАСА. Джон вкратце изложил ситуацию и рассказал о «погибших» товарищах. Земля готовилась встречать своих героев. Встреча была пышной, с освещением в СМИ и богослужениями по Тревису и Эндрю. Вездесущие папарацци буквально преследовали астронавтов повсюду.

Прошло около полугода, прежде чем журналисты и репортёры от них, постепенно, отстали и астронавты получили возможность жить не под камерами объективов. Вот тогда то, они и решили впервые собраться все вместе и в первую очередь разыскать Барнаби. На письма он не отвечал. Поэтому, попытались выяснить, где он живёт, с кем общается и вскоре «вышли» на Зака Финни.

Зак искренне обрадовался астронавтам и пригласил их к себе, а на встречу с ними, позвал также Марка и Алекса с Мэгги. Они высказали соболезнования по поводу гибели их товарищей и рассказали, что Барнаби умер, не дожив всего несколько дней до их возвращения. Зак показал им фотографию Барнаби, его синюю кепку и книги, оставшиеся от старика.

Джеймс, оглядев книги, заметил рядом с ними тетрадь, на которой были наклеены три цитаты Маркса. В самом верху, наискосок слева вверх было написано:

«Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его».

Ниже, параллельно располагалась надпись:

«Традиции всех мертвых поколений тяготеют, как кошмар, над умами живых».

И наконец в самом низу:

«В науке нет широкой столбовой дороги, и только тот может достигнуть её сияющих вершин, кто, не страшась усталости, карабкается по её каменистым тропам».

— Иными словами, чтобы изменить мир, мы должны будем, помимо всего прочего, сломать устоявшиеся стереотипы во взглядах, а для этого нам надо учиться. — вслух подытожил он, показывая тетрадь другим.

— И с чего мы начнём? — спросил Уильям.

— Вот с этого! — ответил Зак, показывая «Логику».

— А затем могу настоятельно посоветовать это. — продолжил Марк, указывая на томик Мориса Корнфорта «Диалектический материализм».

— И конечно сам «Капитал» Маркса. — добавил Алекс.

— Ну раз на то пошло, то и вот это не помешает! — заявила Мэгги, показав на «Политическую экономию» 1954 года издания.

— М-да, да у вас тут прямо-таки, марксистский кружок. — с удивлением воскликнул Джон.

— Да, балуемся маленько. — шутя ответил Зак. — Мне кажется, что покойный Барнаби и вас этим заинтересовал?

— Да, но в отличие от вас, нам он посылал беллетристику.

— Знаю, Ефремов и Снегов. Мы тоже их читали и находимся под впечатлением. Жаль, что всё это всего лишь мечты. Мечты о справедливом мире и лучшем будущем. — не без горечи сказал Зак.

— Мы должны вам кое-что сказать, но вы должны дать слово, что никому об этом не расскажете, во всяком случае пока не наступит для этого момент.

— Даём слово! — за всех сказал Марк, а остальные утвердительно кивнули в знак согласия.

— Тревис и Эндрю не погибли.

— Как? А где же тогда они? Уж не хотите ли вы сказать, что их похитили?

— Нет. Они сознательно остались там. К сожалению, мы не можем пока заявить на весь мир о том, что мы видели и с чем столкнулись.

Зак, Марк, Алекс и Мэгги с глубочайшим удивлением вопросительно посмотрели на Джона. Он смерил их взглядом и сказал:

— Дело в том, что,... — он не сразу подобрал слова, — как бы вам это попроще объяснить, — скажем так мы, в некотором роде на самом деле побывали в мире Ефремова-Снегова.

У всех четверых, при этих словах, буквально отвисла челюсть.

— Все разумные сообщества во Вселенной развиваются примерно одинаково, то есть проходят одинаковые ступени развития общества и Коммунизм, будущее любой разумной цивилизации, в том числе и нашей.

— Но каковы предпосылки? — спросил Марк, первым из команды Зака пришедший в себя после услышанного.

— Производительные силы. Они уже переросли капитализм. Существование СССР было довольно громким звоночком к тому, что мир меняется. К прискорбию, мы слишком мало знаем об этом опыте построения государства нового типа.

— Наши СМИ только и делали, что сочиняли страшилки про «ужасный коммунистический режим». А вот чем на самом деле был Советский Союз нам понять не позволяли. — вставил Джеймс.

— И что вы намерены делать? — спросил Зак.

— Будем изучать опыт построения социализма на Земле, плюс использовать наш собственный опыт общения с более развитой цивилизацией. И на базе этого, попытаемся создать плацдарм для перехода к более справедливому мироустройству. Внесём свой посильный вклад, так сказать. — ответил Джон.

— Когда думаете начать? — проявил нетерпение Марк.

— Начинать будем уже сейчас, но нам потребуется год, а то и более, прежде чем мы сможем приступать к каким-либо конкретным действиям в данном направлении.

— Мы тоже не будем сидеть сложа руки. С подачи Барнаби, у меня уже есть некоторый опыт в изучении истории СССР. — сказал Зак. — Я раздобыл старые книги, журналы и прочую печатную продукцию, издававшуюся в СССР. Правда многие из них очень ветхие. Вот, например, взгляните на этот обрывок журнала, в нём рассказывается о достижениях Советского Союза в области науки, в промышленной и хозяйственной деятельности, в период 30-40-х годов двадцатого столетия. Всё показано также и в цифрах. Я их сверял с другими доступными источниками — особых расхождений не выявил, чего не скажешь о данных за 60-е, 70-е и 80-е годы, там оказалось много откровенных приписок. Вообще, деятельность времён Хрущёва и последующих руководителей СССР следует рассматривать с особой осторожностью ввиду множества ошибок, казусов, а то и откровенного вредительства.

Кохен попросил журнал, вернее уцелевшую его часть, у Зака. Пробежался глазами по русскому тексту, перевернул страницу и воскрикнул, обращаясь к своим товарищам по экспедиции:

— Смотрите!

Все присутствующие захотели взглянуть на то, что им хотел показать Энтони. Перед ними была фотография, на которой была изображена скульптура — мужчина и женщина устремившие взгляд вверх, а также вперёд и вверх вытянувшие свои руки. Мужчина держал в вытянутой руке молот, а женщина серп. Вместе они образовывали серп и молот, главный символ СССР.

— Эта скульптура называется «Рабочий и колхозница», скульптора Веры Мухиной. — пояснил Зак.

— Вот это, ещё одно подтверждение, общности идеи будущего у самых разных цивилизаций.

— О чём вы? — спросил Алекс.

— Будучи на планете Мэлис, мы посетили их музей истории, в котором мы видели похожую скульптурную композицию. — сказал Джеймс.

— Там было три скульптурные композиции, — взаимосвязанная серия. Третья скульптура была очень похожа на эту. Только вместо серпа и молота они выпускали ракету, причём их ладони были сложены так, будто они выпускали голубя — дополнил молчаливый Стив.

— Понятно, но суть не в этом. Главное, это то, что данная скульптура является подтверждением того, что и наша цивилизация уже попыталась встать на путь, по которому развивается посещённая вами цивилизация Цикорга-Мэлис. Пусть и неудачно, со множеством ошибок и перегибов, но направление, найденное когда-то Лениным и воплощённое Сталиным, во многом, оказалось правильным. — сказал Марк.

— За это надо выпить! — заключил Зак.

* * * *

С той встречи прошёл год. На дворе был сентябрь. Алекс и Мэгги прогуливались по парку. Около полугода назад они поженились. Мэгги была в положении. Алекс, обняв её за плечи говорил ей:

— Не так давно, встретил я умную девушку, когда я оступился, она не стала смеяться, а помогла мне подняться, затем верную — много видных парней мимо проходили, а она со мной осталась, потом красивую, ибо смотрел на неё и радовался, что она у меня есть. И всё это ты, моя добрая Мэгги.

Тут зазвонил мобильник. Алекс достал его и увидел, что звонит Марк.

— Привет, Алекс. Зак получил письмо от наших друзей. Они приглашают нас к себе. Так что бери Мэгги и будьте завтра с утра на вокзале. Мы едем в Детройт. — без предисловий выпалил Марк.

— Привет, Марк. Одну минуту.

Алекс посмотрел на жену и сказал ей:

— Это Марк, говорит что наши астронавты зовут нас в гости. Поедем?

— Конечно. — ответила Мэгги.

— Хорошо. Мы будем.

На следующее утро, они отправились на вокзал, где их уже ждали Зак и Марк. Поздоровавшись, все четверо сели в поезд.

Прибыв в Детройт, друзья отправились по адресу и вскоре оказались перед парком, в глубине которого вырисовывалась церковь «Святой Чеди». У входа в парк справа от ворот был установлен каменный логотип «WF» указывающий, что данное владение принадлежит компании «WonderFuture». Они уже встречали смартфоны и ноутбуки с этим логотипом, но не подозревали, что говорящее название действительно указывало на связь с теми, к кому они приехали. Подойдя ближе к церкви, прежде чем войти внутрь, Зак и компания решили пообщаться с местными жителями. Как раз с соседней улицы, им навстречу вышел мужчина средних лет.

- Здравствуйте. Вы здесь живёте? — спросил Марк.

— Да я местный.

— Вы наверняка знаете отца Энтони?

— Как не знать. Это очень хороший человек. Благодаря ему, я наконец смог найти работу. Эти ребята из «WonderFuture» просто необыкновенные. Поверьте, до этого я где только не работал, но такого никогда не встречал.

— А что необычного в этих ребятах? — полюбопытствовал Алекс.

— Видите ли, у них всё прозрачно. Они каждый месяц собирают всех работников и отчитываются о доходах и расходах компании. Во всех частных организациях, в которых я до этого побывал, доходы руководства не просто скрывались, а были вне обсуждения.

— Прямо таки, коллективная «Вера Павловна». — тихо сказала Мэгги, но мужчина её услышал:

— О, вы тоже читали Чернышевского? Я поражён. Это действительно очень правильное сравнение.

— А какие ещё книги вы читали? — вмешался Зак.

— Отец Энтони, а ещё Джеймс и Ричард из компании периодически советуют нам почитать какие-нибудь книги. И я просто сожалею, что не знал об их существовании. Среди них не только западноевропейские и русские авторы, но немало и наших соотечественников, американцев как Джек Лондон, Теодор Драйзер, Джон Стейнбек. Мы, поколение, выросшее с айфоном в руках, но даже не пытавшееся прикоснуться к классической литературе. Оказывается, мир вокруг нас намного шире и многограннее.

— Скажите, а какое именно произведение, скажем так, на вас сильнее всего повлияло? — спросил Марк.

— Всё началось с небольшой книжки, которую дал мне отец Энтони. Это была повесть «451° по Фаренгейту» Рэя Бредбери. Сначала она мне показалась малоинтересной, но по мере прочтения, я стал спрашивать себя: «Неужели в нашей стране когда-то жил человек, который задавался такими вопросами? Почему так страшно общество, которое не читает?». Казалось бы, у нас есть интернет и доступ к мировой литературе, но большинство ею не интересуется. Это так горько осознавать. Техника вокруг нас развивается, а мы морально и интеллектуально деградируем.

— Но ведь не все. — сказал Марк.

— Да теперь не все. — с улыбкой произнёс мужчина и продолжил, — У нас тут построили школу и обещали найти учителей. Скорее бы уже, тогда и мой сынишка сможет продолжить учёбу.

— Что же, спасибо вам, за то, что уделили нам ваше время. Мы пришли навестить отца Энтони.

— Идите, думаю он будет вам рад. Удачи.

— И вам. — дружно ответили приехавшие.

Подходя к зданию церкви, Зак сказал:

— Кажется я знаю, для чего нас вызвала сюда «Вера Павловна».

— Учить местных ребятишек. — ответил Марк.

— Но мы же не учителя. У нас же нет опыта. — возразил Алекс.

— Брось, Алекс, уж коли я с тобой нянькался, то только потому что был уверен, что с тебя будет толк. — насмешливо сказал Зак.

— О, кого это ниспослал господь в наши края?! — громко поприветствовал присутствующих внезапно появившийся Кохен.

— Добрый день, «преподобный» — сказал Марк протягивая руку. За ним поздоровались и все остальные.

— Проходите внутрь, как раз позавтракаем и поговорим. — предложил Энтони.

За завтраком, Кохен, вкратце ввёл их в курс дела:

— Должен вам сказать, друзья мои, что планы у нас грандиозные. Когда я об этом думаю у меня просто дух захватывает. Мы посоветовались с Джоном, Уильямом и другими, и решили привлечь вас к работе с детьми. Мы построили школу, а вот кто будет учить детей по новой методике, кроме вас пока никого не нашли. Да и оглашать это сейчас было бы преждевременно. А вы как-никак «свои».

— А что вы подразумеваете под «новой методикой»? — спросил Марк.

— Привязка всей теоретической базы к практике. Всё чему будут обучаться дети, они должны в той или иной степени видеть и уметь применять в своей повседневной жизни. Оказывается, подобные наработки уже начинали использоваться в СССР при Сталине, но впоследствии, в ходе недальновидных реформ от них мало что осталось. Мы должны учить и воспитывать новых людей уже сейчас, чтобы они были готовы к будущему и знали, как им действовать.

Приехавшие переглянулись. Первым заговорил Зак:

— Я согласен. Думаю, что и мою Бетти смогу привлечь.

— Прекрасно. — радушно произнёс Кохен.

— Я с вами. — сказал Марк.

— И мы. — за обоих ответил Алекс.

— Ну а вы, сэр Энтони, тут в каком качестве? Неужели, всё окормляете свернувших с господнего пути? — с иронией спросил Марк.

— В некотором роде. — в такт шутливому тону Марка ответил Кохен и продолжил, — Я ведь теперь больше действую как психолог, нежели как священник. Ко мне приходят многие местные, со своими проблемами и я веду с ними разъяснительные беседы, естественно не прямым текстом, а стараюсь давать небольшие подсказки. «Подаю мяч» так сказать, а уж те из них кто не глуп начинают задумываться и вскоре сами приходят ко мне с вопросами. Как вот Мич, парень, которого вы встретили, когда шли сюда. Я даю им книги и информацию к размышлению. По возможности, мягко, стимулирую их тягу к познанию мира. Предвидя следующий вопрос, отвечаю заранее — да, я использую апелляцию к богу, как вспомогательному эпитету, или инструменту.

— Кстати, а вас не спрашивают, кто эта «святая Чеди» и какова её история? — поинтересовалась Мэгги.

- Спрашивают, собственно говоря, её история вывешена в прихожей церкви.

— Да, мы видели, там она даже нарисована. Но ведь это придуманная история. — вставил Алекс.

- Придуманная, некий светлый идеализированный образ для подражания. — ответил Кохен.

— Понятно. А когда мы сможем увидеть остальных, в смысле Джона, Джеймса, Ричарда? — спросил Зак.

— Сегодня, во второй половине дня мы все соберёмся в офисе компании. Там и ознакомитесь со всем более подробно. Кроме работы учителями, вы будете принимать участие в работе организации. Кто знает, быть может именно здесь, в Детройте, откроется новая веха в мировой истории, или по крайней мере, стартовый шаг.

— Аминь, «святой отец»! — весело произнёс Алекс.

— Кстати, друзья, Уильям и Ричард ведут блоги. Уильям под ником «Влюблённый в Фай Родис», а Ричард — «Андрей Танев». — сообщил Энтони.

— Вот даже как. Ну что сказать, молодцы. Ждём не дождёмся, когда их всех наконец увидим. — заключил Марк.

Придя в офис «WonderFuture» в сопровождении отца Энтони, они были радушно встречены бывшими астронавтами и новыми сотрудниками компании. Пожав руки команде «Фобертора» и познакомившись с остальными, уже в узком кругу, из незнакомых был только Томас Компмор - программист, перешли в специальный зал к обсуждению совместных планов. Главой компании «WonderFuture» был избран Джон, а его помощниками-заместителями Джеймс и Уильям. Ричард возглавил кадровый отдел.

— Как вы должно быть уже знаете, нам требуются учителя для детей и помощники разделяющие наши взгляды. — начал свою речь Джон, обращаясь новоприбывшим.

— Да, Энтони сказал нам об этом. И мы согласны. — за всех ответил Зак.

— Прекрасно. Нами уже начат выпуск новых мобильных телефонов и ноутбуков. Доступность цены и актуальная конфигурация открыла дорогу нашему бренду на мировой рынок. Это позволило увеличить наши активы. Том расскажет вам об этом подробнее.

Том немного волнуясь заговорил:

— На данный момент, наша организация занимается разработкой новейшей операционной системы, которая, согласно наших задумок, должна будет заменить «Windows» и «Linux», а также дополнительного программного обеспечения к ней. Она базируется на более сложной системе мультиплицирования, при которой практически исключаются сбои, ввиду мгновенного задействования параллельных файлов системы, что уже делает её более надёжной. Условно мы назвали её также как и нашу компанию «WonderFuture» или сокращённо «WF». Отличительными особенностями этой системы будет быстрота развёртывания, единые и по возможности, унифицированные программы, уже встроенные в систему по умолчанию. Мы также разработали программу централизованного управления названную «Универсалум». Эта программа способна управлять станками и агрегатами, от сложнейших трёхмерных резчиков, до транспортёров готовой продукции. То есть она может полностью автоматизировать процесс производства. Получив техническое задание, она задействует подключённые к системе производственные цеха и доводит требуемый продукт до готового состояния, вплоть до доставки заказчику. Также подвергнуто сокращению количество программ необходимым как обычным пользователям, так и дизайнерам и инженерам. Например, если в обычной «Windows», пакет офис включает в себя ряд программ, то у нас одна программа включает в себя аналоги Word, Excel, PowerPoint. Также с редакторами двухмерной и трёхмерной графики. В нашей программе исправлены недоработки имевшиеся в CorelDraw. В частности, возможность градиентной трассировки растровых изображений — работающие с этой программой поймут о чём я. В ней же встроены инструменты редактирования в трёхмерном режиме. Можно, например, нарисовать объект как двухмерный и превратить его в одну из граней трёхмерного, буквально, парой кликов мыши. Или же из двухмерного объекта превратить в трёхмерный, собственно, в самом Corel такая функция есть, она называется «вытягивание», но в нашей программе, каждая грань может быть подвергнута полноценному редактированию и повёрнута к пользователю любой гранью, как в программах, специализированных лишь на трёхмерной графике. Одним словом, мы стараемся максимально унифицировать и универсализировать наши программы. Естественно, все эти разработки ведутся в секретном режиме. Это вкратце то, что касается нашей работы в области разработки программ.

— Теперь поговорим о наших работниках. В первые месяцы, они от нас немало претерпели. — сказав это, Джон подмигнул присутствующим.

— То есть, «претерпели»? — спросил Марк.

— Видите ли, это конечно некрасиво, но в первые месяцы работы компании, новых работников подвергали довольно нещадной эксплуатации. Штрафовали за малейшую провинность, грозили увольнением, всячески подталкивая их к сопротивлению. Мы чувствовали, что их ненависть к нам готова выплеснуться через край, мы ждали, когда они предпримут какие-либо организованные действия. И вот в один прекрасный день, некий Джек Сандерленд, приведя с собой толпу работников потребовал от нас улучшения условий труда и отмены большей части штрафов. Мы успокоили их, пообещав всё устроить и несколько дней действительно никого не штрафовали. Затем мы предприняли следующий шаг — подарили Джеку новый айфон, причём сделали это публично, в знак, так сказать, признательности администрации за хорошую работу. Буквально со следующего дня, штрафы и надзор были увеличены. Я же «одержимый лукавым», как сказал бы наш друг Энтони, специально посетил цеха и с дьявольской ухмылкой не преминул спросить Джека: «Эй, Джек, который час на твоём новом айфоне?». О, надо было видеть этот испепеляющий взгляд, каким он меня смерил. Через пару дней, я повторил обход и снова также спросил Джека о времени на его айфоне. И тут он развернулся и запустил в меня этим айфоном. Я едва успел увернуться и на меня двинулся весь цех. Они готовы были меня убить и эта злоба, эта ненависть, спаяла их, ещё несколько месяцев назад незнакомые, либо малознакомые люди, вдруг стали как единый кулак, с общими интересами, готовые на борьбу с эксплуататорами. Должен сказать, что нам стоило больших усилий, успокоить их и объяснить, что они могут чего-либо добиться, только организованной борьбой. Конечно мы извинились, за то что подвергли их таком жестокому испытанию, но только так их можно было заставить понять, что вместе они сила, а по отдельности — никто перед капиталом.

— М-да. Жёстко. — сказал Зак.

Но на этом мы не остановились. Мы не только заставили их почувствовать себя единым целым, но и стали разъяснять, что нельзя ограничиваться одним предприятием, что на тысячах других фирм трудятся люди, ежедневно обогащая социальных паразитов. Мы стали учить их классовой борьбе, а затем совершать обмен работниками с другими предприятиями. Например, как только где-то увольняли рабочих, мы тут же посылали туда свои кадры, а взамен брали уволенных, если, конечно, речь шла не о каких-то алкоголиках и дебоширах. И вскоре они вливались в наш коллектив.

— Молодцы! Вы просто молодцы! — не смог сдержать своего восхищения Марк.

— Энтони рассказал, что вы теперь отчитываетесь перед работниками о финансовых потоках компании. Этого работники добились, или так было запланировано с самого начала? — спросил Алекс.

- Запланировано изначально. — вступил в разговор Уильям. — Но мы хотели, чтобы люди, которые с нами работают, заслужили это. Более того, мы для них устраиваем просветительские мероприятия. Показываем им фильмы, как раз на прошлой неделе мы показали им фильм «Гроздья гнева», даём им время его обдумать, а на следующий день все вместе их обсуждаем и делаем выводы. Показываем стилизованные спектакли, как раз сегодня у вас будет возможность посмотреть. Начало через 2 часа. Так что у вас сразу же будет практическая возможность увидеть куда вы попали.

— Но только будет одна просьба. — вставил Джон, — никому ничего не подсказывать. Люди должны делать выводы сами.

— ОК. — снова за всех ответил Зак.

* * * *

Через два часа, как и было условлено все собрались в специальном зале, служившем кинотеатром и обычным театром, с небольшой сценой. Пришедшие расселись по местам в зале, был дан оповещающий звонок и портьеры раздвинулись. На сцене с микрофоном стоял Ричард, а позади него, полукругом сидели пять человек, четверо мужчин и одна девушка.

— Итак, - начал Ричард, выполнявший роль ведущего, — сегодня мы поговорим о плюрализме. О том что из себя представляет плюрализм и чему служит. Как вы должно быть знаете, под плюрализмом понимают наличие множества мнений по какому-либо вопросу. Сегодня, с помощью наших экспертов, которые сидят позади меня мы будем выяснять какого цвета бывает молоко.

В зале пошло перешёптывание и смешки.

— Вижу что вам весело. Что же послушаем наших экспертов. Первый из них мистер МакГрегор, специалист по лактобактериям.

Сидевший слева привстал и кивнув в разные стороны снова сел.

— Мистер МакГрегор, как вы считаете какого цвета бывает молоко?

— Я много лет занимаюсь вопросами, связанными с молоком и имеющимися в нём лактобактериями. Из моей практики я знаю, что молоко бывает ярко зелёного цвета. Связано это с тем, что производящие молоко животные питаются в основном зелёной травой, что и отражается на цвете производимого ими продукта.

В зале, среди старшего поколения работников и непосредственных выходцев из деревни послышался смех. В то время как молодые горожане внимательно слушали, что им говорили со сцены.

— Спасибо большое, мистер МакГрегор. А как по вашему мнению, какого цвета бывает молоко? — спросил Ричард у следующего эксперта. — Для начала представьтесь.

— Джереми Даглас, биолог, специалист по сельскому хозяйству. На мой взгляд, молоко имеет коричневый цвет. Это абсолютно точно и может подтвердить любой, кто связан с сельскохозяйственной наукой.

В зале ещё громче послышался говор.

— Спасибо большое, мистер Даглас. А что скажете вы, мистер Бредли? Мистер Бредли, агроном и теоретик животноводства, профессор.

— Ну что я могу сказать. По моему скромному мнению, которое основывается на многолетнем опыте, я считаю, что цвет молока коров — фиолетовый.

— А что скажешь ты, очаровашка? — обратился Ричард к девушке.

— Вот у меня малиновый йогурт и он малинового цвета. Здесь написано, что он сделан из молока, следовательно молоко — малиновое.

- Безупречная логика! Ты просто умничка! — театрально воскликнул Ричард.

И тут встал последний, пятый из экспертов, который не представляясь, встал и резко заявил:

— Да вы что тут, с ума посходили? Молоко белое и только белое.

— Спасибо, мистер Джонсон. Ваше мнение тоже имеет значение. Садитесь не надо так нервничать. — увещевал Ричард, а затем обратился к залу:

— Мы должны уважительно относиться к мнениям специалистов, а каждый из вас пусть подумает кто из них прав и проголосует за того эксперта, чьё мнение считает правильным.

В зале присутствовало, не считая команды Зака, сто двадцать человек. В результате голосования, выяснилось, что двенадцать человек считают, что молоко может быть фиолетовым, восемнадцать что малиновым, трое посчитали что зелёным и двое что коричневым. Практически все, кто не выбрал белый цвет, оказались самыми молодыми из присутствующих, исключение составил лишь один пятидесятилетний мужчина.

На следующий день, все сторонники цветного молока были приглашены на прогулку на ферму. Экскурсию возглавил Джеймс. Они подошли к дому фермера и попросили хозяина. Фермер, средних лет мужчина поинтересовался что привело их к нему. Джеймс, в свойственной ему ироничной форме, пояснил, что они пришли выяснить, какого цвета бывает молоко?

Удивлённый таким вопросом фермер, переспросил:

— Что значит какого цвета бывает молоко? Вы что (он выругался отборным деревенским матом), не знаете какого цвета молоко?

— Видите ли, вот эти молодые люди считают, что молоко бывает зелёным, вот эти — фиолетовым, вот эти — малиновым, а вон те, что коричневым.

Фермер, решив, что над ним издеваются, недолго думая, схватил лошадиный кнут и угрожающе надвинулся на пришедших, приговаривая:

— Я вам сейчас покажу какого цвета бывает молоко! Я вам покажу!

Джеймс преградил ему дорогу попытавшись остановить его. В этот момент, сзади подбежал сын фермера и окликнул его:

— Подожди отец. Я кажется понял в чём дело.

Отстранив отца, парень пригласил пришедших последовать за ним. Фермер зашагал следом. Приведя их в коровник, молодой фермер ловко надоил, примерно, четверть среднего ведра и показал им со словами:

— Видите, молоко белое. Оно другим не бывает.

Пришедшие с Джеймсом посмотрели в ведро, затем перевели взгляды на него. В ответ он пообещал им всё объяснить позже.

— Спасибо большое. Поблагодарил фермеров Джеймс и сделал знак остальным следовать за ним.

— Городские. Что с них взять. — сказал молодой фермер отцу, когда те уходили.

Когда они вернулись к остальным в офис компании, слово взял Джеймс и сказал:

Друзья, к сожалению, многие из вас стали жертвами некачественного образования, что и привело к тому, что часть из вас не знала какого цвета бывает молоко. Честно говоря, когда мы планировали вчерашний спектакль, мы не предполагали таких результатов, что не позволило нам сразу показать его до конца. Тем не менее, поскольку в молочной теме сегодня расставили все точки над «i», то теперь я могу пояснить, что мы хотели вам показать. Дело в том, что плюрализм допустим лишь в случаях, когда по какому-либо вопросу нет единого мнения специалистов ввиду недостаточности данных. Так бывает во время научных дискуссий, когда разные стороны предлагают разные решения возникшей проблемы, но окончательно выяснить чью-то правоту, возможно только непосредственным экспериментом, который даст неоспоримые факты, подтверждающие правоту одной стороны и заблуждение другой, либо других сторон. Но когда дело касается непреложных фактов, никакого плюрализма быть не может. То есть молоко — белое, камень твёрдый, Земля вращается вокруг своей оси и вокруг Солнца, а Солнце вокруг центра Галактики. Всякое тело тяжелее воздуха падает вниз. Два плюс два равно четырём. На примере показанного вам спектакля, вам предлагалось несколько мнений по вопросу о цвете молока. Всем действующим лицам на спектакле естественно хорошо известно, что молоко белое, однако четверо из них говорили глупости, трое из участников представлены как специалисты, как учёные чтобы вызвать больше доверия их словам. Мы организовали этот спектакль, чтобы наглядно показать, как работают пропагандистские шоу на телевидении. Цель их в размывании фактов, в вызове сомнения в вещах, в которые вы до этого, либо воспринимали как факт, либо имели смутные представления. Плюрализм, в таких вопросах, используют для того, чтобы потопить единственную истину в болоте мнений, которые представляют собой чушь, но эта чушь позволяет обмануть не имеющих научного мировоззрения зрителей. Предлагается несколько заведомо ложных вариантов, а когда кто-то, как пятый актёр в нашем спектакле, заявляет, что: «вы с ума сошли, истина то вот где!» — его слова объявляются «всего лишь одним из возможных мнений».

Аналогичным образом поступают, когда хотят навязать обществу какую-то нужную устроителям идею. Приведу пример, правящие круги решили уменьшить расходы на социальные нужды, в частности на выплату пенсий, уже возраст выхода на пенсию повысили, но доживающих всё равно много и прибегли к такой уловке. Организовывается шоу, на которое приглашается какой-нибудь реальный заинтересованный профессор, или же мнимый, но представленный зрителям как учёный. И вот он начинает говорить о том, что все проблемы в обществе возникают оттого, что оно вовремя не очищается от обузы. Например, пенсионеры, которые уже не могут приносить пользу, однако получают пенсию, то есть живут за счёт работающих налогоплательщиков. Этим он задал нужный устроителям императив. Затем проводят ещё шоу, на которых приглашают различных экспертов, которые начинают говорить о том, что старики, это вообще лишние люди. Потом ещё и ещё шоу на данную тему и приводит это к тому, что не склонные к человечности личности начинают убивать стариков. Казалось бы, никто из проводников идеи люстрации пенсионеров, напрямую, не предлагал никого убивать и по этой причине, формально, их нельзя призвать к ответственности. Каждый из них заявит: «Я просто высказал своё мнение по данной теме, откуда мне было знать, что меня так превратно поймут». Это то, что называется «Окном Овертона», когда нечто, поначалу немыслимое, искусственно превращается в некую норму жизни. Учитесь логически правильному мышлению, чтобы никаким прохвостам не удавалось вас обмануть. Так что, если кто-то скажет вам что молоко малиновое, два плюс два необязательно равно четырём, а капитализм вечен — вы знаете, что делать.

— Не сомневайтесь! — выкрикнул из зала один из работников, демонстративно показав кулак. Весь зал одобрительно загудел.



  • Поделиться

Похожие произведения


Алеся Ясногорцева 06 Марта 2020 20:39

Филипп, а Андрей Танев - это Ваш герой в честь героя Степняка-Кравчинского назвался? У него есть герой Андрей Кожухов, жену которого зовут Таня. А за рубежом многие считают, будто русские фамилии обязательно оканчиваются на "ов" или "ев"...

Филипп Траум 06 Марта 2020 22:01 Алеся Ясногорцева

Андрей Танев - упоминается в романе Снегова "Люди как боги", как гениальный изобретатель проведший значительную часть жизни в тюрьме, в дореволюционный период. Именно он открыл способ аннигиляции пространства позволивший в будущем, когда происходит действие романа, звездолётам достичь сверхсветовых скоростей.

Алеся Ясногорцева 06 Марта 2020 22:25 Филипп Траум

А, понятно.
А не биографию ли Кибальчича взял в основу Снегов?

Филипп Траум 06 Марта 2020 22:40 Алеся Ясногорцева

Возможно.
"Я прошел аллею памятников вымышленным людям, оказавшим влияние на духовное развитие человечества, — Прометею, Одиссею, Дон-Кихоту, Робинзону, Гамлету, Будде, мальчишке Геку Финну и другим — сотни поднятых голов, скорбных и смеющихся лиц. В стороне от них, у самой стены, приткнулась статуя Андрею Таневу, и я постоял около нее.
Собственно, Танев жил, а не был придуман, о его жизни многое известно, хотя тюремные его тетради были найдены лишь через двести лет после смерти. Но правда так переплелась с выдумкой в истории Танева, что достоверно одно: в начале двадцатого века по старому летосчислению жил человек, открывший превращение вещества в пространство и пространства в вещество, названное впоследствии «эффектом Танева», этот человек долго сидел в тюрьме и вел свои научные работы в камере.
Скульптор изобразил Танева в тюремном бушлате, с руками, заложенными за спину, с головой, поднятой вверх, — узник вглядывается в ночное небо, он размышляет о звездах, создавая теорию их образования из «ничто» и превращения в «ничто». То, что мы знаем о Таневе, рисует его, впрочем, вовсе не отрешенным от Земли мыслителем, — он был человек вспыльчивый, страстно увлеченный жизнью, просто жизнью, хороша она или плоха."

Филипп Траум 06 Марта 2020 22:40 Алеся Ясногорцева

"До нас дошли его тюремные стихи — нормальный человек на его месте, вероятно, изнывал бы от скорби, он же буйно ликует, что потрудился на морозе и пурге и, с жадностью проглотив свою пайку, лихо выспится. Вряд ли человек, радовавшийся любому пустяку, очень тосковал о звездах. Тем не менее Таневу первому удалось вывести формулы превращения пространства в массу, и он первый провозгласил, что придет время, когда человек будет как бог творить миры из пустоты и двигаться со сверхсветовой скоростью, — все это содержится в его тюремных тетрадях."