Дурочка


В ледяном царстве древних гор толстые синеватые льдины восседали на голых скалах и вели хладный образ жизни.
Утром, когда лучи солнца озаряли их окаменевшие тела, они на миг просыпались, а потом, как ленивые коты и кошки, дремали целый день.
Так мелькали дни, летели годы и проходили века...
Среди льдин выделялась одна — большая, старая, изрытая глубокими трещинами.
Она сумела вскарабкаться на полметра выше других и потому считала себя умнее всех. Часто вершина оглашалась её надменным голосом. Вот и сегодня, пробудившись, она заговорила: — «Да сгинет это утро, ибо оно ещё на один день приближает нашу смерть».
Все молча, согласились с ней, и она, довольная этим, задремала снова.
— Как всё здесь гадко! — донеслось вдруг сбоку.
Старая льдина вздрогнула и злобно покосилась. Неподалёку от себя она увидела совсем молодую льдину.
— О чём ты мелешь, Дурочка, тебе от роду то всего лишь одно утро. Тебе ли об этом рассуждать.
— Гадко всё, — упрямо продолжала та. — Всё оледенело: и тела, и души, да и сама жизнь.
— Я прожила не одно столетие, — негодующе проскрежетала старая льдина.
— Взгляни на мои трещины. И я довольна. Здесь свежий воздух, всегда прохладно и, самое главное, покой, вечный покой.
— Подобное прозябание заслуживает лишь презрения! — выпалила в ответ молодая льдина.
— Что?! Да понимаешь ли ты, о чём говоришь? Неужели тебя тянет морская стихия, которая видна с моего места? Там ураганы в гневе швыряют тебя на скалы, и ты разлетаешься вдребезги. Или, может, хочешь стать дикой тучею, гонимой жестокими ветрами, и по капельке растерять себя неизвестно где?
Одумайся, безумная, и сейчас же проси прощения, иначе не жить тебе среди нас.
— Не пугай меня, я не боюсь. Лично для меня, лучше смерть ради благородной цели, чем бесцельная жизнь.
Раздался хриплый, отвратительный хохот.
— Запомни, дурочка, что всякая жизнь, — ты слышишь, всякая — лучше самой красивой смерти. Впрочем, можешь болтать в том же духе, надеюсь, от этого не растаешь, а мне, извини, очень хочется спать.
А вокруг всё ещё ярко светило солнце, но оно почти не согревало это ледяное царство.
— Нет! Неужели всё будет по-прежнему?! — голос молодой льдины разрывал тишину на куски.
И вдруг она в безумном отчаянии обратилась к дневному светилу: — О могучее! Пойми хоть ты меня. Пойми и согрей на миг. Приласкай своими сверкающими лучами...
И великое чудо свершилось.
Солнце, казалось, разом обрушило на ледяные вершины гор всё тепло, которого недодавало веками.
— Что ты сделала? — завопила старая льдина, но, было уже поздно. Тотчас подтаяли вековые льды и с грохотом стали падать вниз, соединяясь в бурлящий поток.
Воды старой льдины текли лениво. Они то цеплялись за берега, то отчаянно кружились в водовороте., стараясь любой ценою удержаться на месте.
Зато воды молодой неслись стрелою, будто торопясь к заветной цели. Вот они с весёлым журчанием вбежали в небольшой канал и по нему заспешили к засыхающим нивам. Вот радостно обняв уже пожелтевшие от жажды стебли, в последний раз взглянули на небо, на солнце, на весь прекрасный окружающий мир, и звонко воскликнули:
— Спасибо тебе, солнышко-колоколнышко, за всё!.. —
А из пруда с затхлой водой, из-под плавучего мусора, в ответ послышалось: — Дурочка!
Но, это был уже не прежний, властный и надменный голос старой льдины, а всего лишь жалкий стон.


  • Поделиться

Похожие произведения