Кіру немесе тіркелу

Особенности русской любви-Черемисы

  • 16 Қыркүйек 2019
  • Жанрдан тыс
  •  
  •  

Особенности русской любви-Черемисы

«На длительный период установились отношения военного соперничества и противостояния за господство в Восточной Европе между двумя крупными феодальными государствами: Великим княжеством Московским и Казанским ханством. За 100 лет (с середины XV до середины XVI в.) казанцы совершили более 30 походов на русские земли, столько же — русские войска на казанские земли (здесь под русскими подразумеваются, конечно же, московиты, люди Московии, которых русскими можно будет назвать еще не скоро. Русскими в те годы называли себя в первую очередь жители Украины и Беларуси-Литвы. Литвины именно русинским (русским) либо русинско-литовским называли свой язык — прим. М.Г.). Эти разорительные походы проходили по марийским и чувашским землям, производя большие опустошения. При неудачном исходе вылазки на русские земли и города вооруженные отряды казанских ханов на обратном пути грабили марийские и чувашские деревни, чтобы не возвращаться домой с пустыми руками. Со своей стороны русские войска поступали так же. Они все территории восточнее Суры и Ветлуги считали неприятельскими и обходились с ними соответствующим образом. К тому же в ханских отрядах участвовали и марийские воины, обязанные нести военную службу. Поэтому московские войска, совершая походы на «Казанскую землю», не делали никаких различий в том, кого грабили и разоряли: татар, чувашей или черемис. Вот характерное свидетельство летописи за 1467 г.: «Тоя же осени князь великий Иван послал на черемису князя Семена Романовича, а с ним многих детей боярских дома своего; и совокупившиеся, вси поидоша из Галича на Николин день, декабря 6, и поидоша лесы без пути, а зима была велми студена... Тоя же зимы, генваря 6, на крещение Господне, рать великого князя прииде в землю Черемисскую и много зла учиниша земли той: люди изсекоша, а иных в полон поведоша, а иных изожгоша; а кони их и всякую животину, чего нелзе с собою имати, то все изсекоша; а что было живота их, то все взяша; и повоеваша всю землю ту, и досталь пожгоша, а за один день до Казани не доходили, и возвратившеся приидоша к великому князю вси поздорову». В 1524 г. войска Московского великого князя Василия III совершили большой поход на восток. Под Казанью произошло крупное сражение, и «на том бою многих князей и мурз, и Татар, и Черемису, и Чювашу избиша». Для закрепления победы дополнительно были посланы конный отряд и флотилия И. Палецкого. Черемисы конницу перебили, а судам устроили засаду и большинство из них потопили. Об этом Н. М. Карамзин писал: «Там, где Волга, усеянная островами, стесняется между ими, черемисы запрудили реку каменьем и деревьями. Сия преграда изумила россиян. Суда, увлекаемые стремлением воды, разбивались одно об другое или об камни, а с высокого берега сыпались на них стрелы и катились бревна, пускаемые черемисами. Погибло несколько тысяч людей, убитых или утопших: и князь Палецкий, оставив в реке большую часть военных снарядов, с немногими судами достиг нашего стана». Русское войско было вынуждено отступить от Казани. При этом на обратном пути воеводы «повоеваша нагорную черемису». В 1530 г. огромная русская армия вновь вторглась в пределы Казанского ханства. Татарские и марийские войска пытались воспрепятствовать ее переходу с правого на левый берег Волги, но безуспешно. Сподвижник Ивана IV князь Андрей Курбский писал: «Егда же преплавишася Суру-реку, тогда и черемиса горная, а по их (т. е. после них — прим. М. Г.) чуваша зовомые, язык особливый, начаша встречати по пятисот и по тысяше их». Земли луговых марийцев («Луговая сторона» и часть «Арской стороны» по русским летописям) оказались в иных условиях по сравнению с горным правобережьем. Они были расположены в непосредственной близости от центра ханства, связи их с Казанью были развиты сильнее. Луговые мари играли заметную роль в военном противоборстве Москвы и Казани на стороне последней. Поэтому земли луговых мари постоянно подвергались опустошениям со стороны русских войск. Последние в ряде случаев производили военные операции только на территории луговых марийцев, не ставя даже задачи дойти до Казани. Например, «Хронографическая летопись» сообщает о военном походе 1547 г. таким образом: «Посылал царь и великий князь... по челобитью Горние стороны... воевод казанских мест воевати Луговые стороны, а к городу ходити не велел... И царя, и великого князя воеводы в казанских местах черемису Луговые стороны воевали... а не доходили до Казани за 30 верст». В 1551 г. новая граница между Русским государством и Казанским ханством стала проходить по середине реки Волги, т. е. земли луговых мари остались под властью казанского хана. Летом 1552 г. Иван IV двинул на Казань огромное войско. В походе участвовали и отряды горных марийцев: «а в третьем полку многие горные люди, князи и мырзы, и казаки, и черемиса, и чюваша». В то же время луговые мари оказывали помощь защитникам Казани. Особенно это проявилось в том, что они стали нападать в тыл русским войскам, осаждавшим город. Иван IV направил часть своих войск, в составе которых были и «горные люди», на север от Казани «на многие места... и повеле воевати». Предпринятая военная операция сопровождалась жестокой расправой московских войск не только над вооруженными отрядами, но и над мирным населением, охватив территорию до 150 верст на север («война их была на полтораста верст поперег»). Летописец писал: «И пошли воюючи и села жгучи... и покрышася ратью поля и горы и подолия, и разлетешася аки птицы по всей земли той, и воеваху, и пленяху Казанскую землю и область всюде... И быша убиения человеческая велика, и кровми полияся варварская земля; блата и дебри, езера и реки намостишася черемискими костми». Во время похода было захвачено у мирных жителей и пригнано в русский военный лагерь «безчисленное множество скота». Вот так, описывая мифический гнет монголо-татар, российские историки во все времена скрывали собственный гнет народов Московии.

Разгром Казанского ханства и приведение к присяге представителей некоторых близлежащих к Казани волостей (сотен) Луговой стороны отнюдь не означали установления мира на этой земле. Сануков далее пишет: «Уже в декабре 1552 г. в Москву поступили сообщения, что в Черемисской земле вспыхнуло восстание местного ясачного населения. Марийцы Луговой стороны, не уплатив ясак, перебили его сборщиков, соединились с жителями Арской стороны и вместе с ними направились к Казани. Высланные навстречу им отряды казаков и стрельцов были разбиты. Так началось восстание, с марта следующего года переросшее в мощную национально-освободительную войну. Оно растянулось на 30 с лишним лет (с перерывами) и прошло в три этапа, получившие общее название — «черемисские войны». Н.М. Карамзин отмечал народно-освободительный характер этого движения: «Бунт черемисский продолжался до конца Иоанновой жизни с остервенением удивительным: не имея ни сил, ни искусства для стройных битв в поле, сии дикари свирепые, озлобленные, вероятно, жестокостию царских чиновников, резались с московскими воинами на пепле жилищ своих, в лесах и в вертепах, летом и зимою — хотели независимости или смерти». Одновременно сопротивление завоеванию широко развернулось среди татарского населения в Заказанье и Прикамье (на «Побережной стороне»), охватило Арскую сторону, где проживали удмурты, татары, марийцы, перекинулось в башкирские земли. Во многих случаях повстанцы распространяли свои действия на нижегородские и муромские земли. Весной 1553 г. на усмирение восставших был направлен из Казани воевода В. И. Салтыков, но был разгромлен и потерял много воинов убитыми и попавшими в плен. После этого «луговые черемисы воевать» были направлены крупные военные силы из Москвы и других центральных городов. Карательные отряды жестоко расправлялись с местным населением, наводя ужас не только на мятежников, но и на мирных жителей, предавая все огню и мечу. Документальные свидетельства того времени ярко рисуют и общенародный размах национально-освободительной войны, и его переплетение с борьбой против жестоких, безудержных ясачных поборов, и жестокость карателей, граничащую с геноцидом («воевали и жгли во всех местах»; «воевали луговую черемису, захватили 1600 именитых людей и всех умертвили» и т. п.). Царские войска, подавляя сопротивление восставших, приносили краю большое разорение. В ходе карательных операций были перебиты многие руководители движения (по словам летописцев — «лутчие люди»), а некоторые прибыли в Казань и изъявили свою покорность завоевателям. В этих условиях «луговой сотник» Мамич Бердей решил предпринять своеобразный политический маневр: образовать на Луговой стороне «царство», править которым пригласил ногайского царевича Ахполбея. «А Мамич Бердей, — сообщает летопись, — взял к себе царевича Ахполбея, а пришел к ним из Ногай и живет на Луговой стороне, а с ним пришло человек со сто ногай...» Но тот большой помощи в борьбе с московскими войсками не оказал, вскоре потерял доверие марийцев и был убит. В это время в положении горных мари и чувашей произошло большое изменение: закончился 3-летний срок освобождения от ясака. Мамич Бердей решил распространить восстание на Горную сторону. С двумя тысячами своих воинов он переправился на правый берег Волги и осадил «острог» (в источниках без названия), где располагались горномарийские и чувашские сотники, сотрудничавшие с московскими властями и войсками. Среди горных и нашлись предатели, пленившие Мамича Бердея и «с ним человек з двести, да тех людей всех побили, а его, изымав, к Государю привели». В награду за это Иван IV вновь, как ив 1551 г., освободил жителей Горной стороны от уплаты ясака на три года. В том же 1556 г. «на луговых людей» и вообще «на Казанские земли» были двинуты усиленные составы войск. Они разгромили остатки повстанческих отрядов, физически уничтожили их предводителей («казанские люди лутчие, их князи и мурзы и казаки, которые лихо делали, все извелися»). Так в мае 1557 г. первый этап национально-освободительной войны на Луговой стороне потерпел поражение, край был приведен «в конечное смирение». Но «благоденствие в тишине» продолжалось недолго. Представители царской администрации снова довели терпение населения до предела, и в Марийском крае (на сей раз, видимо, не только на Луговой, но и на Горной стороне) в 1572 г. вновь вспыхнуло восстание. Не рассчитывая на победу только своими силами, его руководители обратились за помощью в Крым. Повстанцы были также связаны с башкирами и Сибирским ханством. Когда в Москве стало известно об этом, в Марийский край были направлены войска из Казани, Свияжска, Чебоксар, Алатыря, Арзамаса. Но подавить волнения сразу не удалось, хотя никакой военной поддержки из Крыма не поступило. В 1574 г. стали собираться новые военные силы, чтобы «на казанских людей и на черемису... иттить в поход». Мятежники, узнав, какие силы готовы двинуться против них, прислали в Муром, где располагался воевода Большого полка, своих представителей с изъявлением покорности. Но поход русских войск в Марийский край в том году все равно состоялся, и в ходе его был поставлен город Кокшайск. Это было началом осуществления широко задуманного плана планомерного административного закрепления недавно завоеванной территории посредством строительства городов-крепостей. В 1581 г. новое мощное народное восстание охватило весь край. И вновь на помощь местным гарнизонам были направлены войска из центра России. Одни из них отправились по Волге «в плавную» и «стояли на Волге на Козине острове». Осенью 1582 г. в помощь им «воевать луговые черемисы» отправились два новых полка. Иван Грозный был настолько перепуган новым «черемисским мятежом», что пошел на унизительные условия перемирия со Швецией в бесславной Ливонской войне, чтобы перебросить освободившиеся в Прибалтике военные силы против мятежников. Н. М. Карамзин, объясняя причины этих мер, отмечал: московскому правительству стало известно, что турецкий вассал, крымский хан «сносится с черемисскими мятежниками и готов устремиться на Россию». В связи с этими вестями и были предприняты решительные шаги по усмирению мятежного края и упрочению в нем позиций Москвы посредством постройки новых военно-опорных пунктов. В это время были основаны «в Черемисе» города-крепости Козмодемьянск, Царевококшайск, Царевосанчурек, Яранск, Уржум, Малмыж. Города с самого начала были исключительно русскими. Марийцам не разрешалось в них селиться. Более того — они должны были освобождать территорию вокруг городов в радиусе до пяти верст. Эти события означали окончательное покорение Марийского края"... Но черемиса все равно не сдавалась. Освободительные войны полыхали и в XVII в. Тогда же часть черемисы бежала на территорию Руси (Украины), где основала поселения. Однако как бы там ни было, а сопротивление марийского народа удалось сломить. Вот такая вот грустная история огромного финно-угорского народа, в чем-то схожая и с трагедией американских индейских цивилизаций, и с постоянными войнами Московии против белорусского государства Великое княжество Литовское, Русское и Жмайтское. Только вот американцы, какими бы дураками их не малевали некоторые великороссы (ведомые сатириком Задорновым), почему-то раскаиваются за войны с индейцами, выплачивают им контрибуцию, представляют льготы и права, а в России нет и намека на раскаянье и отдачу каких-то долгов.



  • Бөлісу

Тәріздес шығармалар