Кіру немесе тіркелу

42 500


Мне хочется влить сюда света,

Случайному врагу системы,

В котором не все ещё закостенело,

Который может еще бороться с цементом

Устоев и правил, как будто единственно

праведным, неопровергаемым, отстаиваемым

Кем-то зачем-то для чего-то.

Возможно, потому что все здесь стало

Неподходящим, неактуальным,

Отсталым

Без зрелости-мудрости, бескорыстия,

Красоты душевной, наследия,

Чистоты, полёта мысли, небезразличия.

А если вдруг набросятся на личность?

Толпой из обозлённых, уставших

бороться, замёрзших, застывших как зомби,

как готы, нацисты и бомбы не из-за магии, но непонимания,

недоразвитых из-за выравнивания, сильного влияния

Будто создавших из себя богов,

И бьющие цензурой

Как молотком нашу не очень красивую быль.

Сожму руку не в кулак, но рычаг

Не убьюсь под «Аллаху Акбар», но живу с «Ин ша Аллах»

У нас сейчас ничего нет, кроме слова и мысли.

Не прохожу мимо гулких ударов жизни.

Потому что просто нельзя вот так,

Как кому-то нельзя быть глухим

к хмурым будням серых от страха людей, которых

Сталкивают с мыса

Людской надежды

Им не пробиться вверх из этого моря

Без нашей руки и добра.

Ведь мы — Гора.

Ведь в слове «намыс»

Не только гордость и честь, но весь народ.

Вместе мы можем помочь —

Нам двери открыты —

Без оптимизма и без цинизма

Поскольку не везде тепло, есть вода и цветные будни.

Что может быть хуже смрада?

Правда, в болоте плывут беззаботно

Жабы, амфибии, и, может быть, лешие,

Недотянувшие и недошедшие.

Только почему-то их обходят.

Презрительно сворачивая в сторону

От юродивых (так непохожих на вас),

что чернеют и больше не кричат от боли и страшных ожогов,

удавов неволи,

ударов Солнца. А просто идут назад.

Под Голос. Всезнающий. Всеведущий. Всех ведущий

То ли на небо, то ли под откос.

Голос царя или князьков, которым говорили: ты гениальный, неповторимый,

Ты единственная, которая будет такой-то.

Если я стану подобной, надеюсь на помощь Господнюю,

На справедливость. На улицу, На пресную и чистую правду,

На тёплые слова вьюги-матери Меня взрастившую в одиночку,

Когда отец где-то пропадал.

Главное в этой борьбе — вспомнить, когда улыбаться, когда — оглянуться.

Когда посмотреть, как одеты и насколько сыты другие.

Правда, не всегда все так просто. Порой в лилипуте живет Человек огромного роста.

И этот человек умеет бороться Спокойно. Без дрожи. Как камень. Как осы.

Как кони, в ком

Жилы

В пружины В рамках и плуге. В очерченном круге.

Прищурясь

Или зарывшись в колос

Своих тихих желто-зелёных степей.

Оставленные дети вне интерната.

Наше будущее.

Без права уйти даже если надо.

Но они — лучшие. Они не сорняк,

а росы на полях,

Звёзды, у кого волосы

В монгольские косы

И глаза немного раскосые,

Которые ведут рассказ

О том, что

Родители где-то гуляют

Или тянут свой плуг — корпят над тем,

чтобы найти идеальный «уровень» — автомобиль или дачу,

усадьбу, большую удачу, когда дел невпроворот.

Главное — не забыть, что за поворотом может ожидать старость.

Простите, если от моих слов Что-то болит

За народ сейчас говорит Жанна Саид.

Так девушка борется шахидкой (ученицей) со своей болью и страхами,

дименторами из Гарри Поттера, высасывающими радость до дна,

а если не может одна, то при помощью Бога.

Розой, Ромашкой, кустом арчи,

Пробивающие свои пути

Сквозь холодные будни,

Цикутой, Отравляющей не Сократа,

Но невзгоды.

Иранкой-скульптором не только храмов,

Но характера перед зведностью с Айседорой Есенина.

Под сенью неба нам

Ветер обточит нашу нежную, для кого-то горькую речь,

Горной рекой зальёт она стены Города.

Для врага — ледяная, для друзей — ясная,

Прозрачная как все в степи.

Степ стучит в наших венах как стук копыт ста кобылиц.

Это ритм степи, помноженный на грохот летнего грома и стрекот сверчков и цикад.

Мой любимый учитель — страдалец Карлаг —

Вдохновил этот гром на дожди для трудяг-бедолаг,

что в труде растворились в прах

и деревья вдоль наших судеб.

Суд над ними был пыльной бурей,

Да пусть будет доволен ими Аллах

И лебяжьим пухом будут земные юдоли.

Мы ж, наследники Вашей доли,

Мы не ждём перемен.

Нам нужны перемены в себе как

Голубая поверхность реки

Серебрится — вроде бы гладью

И тишью —

Но слышишь — шуршат страницы

По темным и светлым углам,

Коморках и библиотеках,

На улицах и на площадках,

На детских лошадках,

На взрослых и пожилых

Саммитах.

Мы сами так

Решили. Постановили.

А захотели — и отменили.

Потому нам и не страшны

Вето Старых систем,

Которые вы сами на себя наложили.

Мы сами себя отогреем.

Не верится? Поверьте.

Мы на иврите, На Маге крав

Отразим вражью сторону

В зеркале наших озёр и глаз,

Если не сможем в словах.

Если посмотрят квадратным взглядом

Взрослые или агаши.

Надежнейшим одеянием станут мои деяния.

Простите, если убью или умру нечаянно

Одной из гуннов, что с луком и стрелами

Когда-то отвоевали отошедшие

К чужакам наши края и земли.

Растворив своё «Я»

В своём деле и янь —

То есть Человеке любимом,

Не делаю харакири —

Мы самураи хитрые.

А, значит, Сумею дать сдачи

Даже если не в силах,

Даже если без бати

Мне не наплевать

На недостаток йода

Или помощи Йоды

Против Иуды

И воров в себе.

лето 2020.



  • Бөлісу

Тәріздес шығармалар


Dorro Otto 18 Қыркүйек 2020 23:54

Норм. Единственное замечание: замените “шахидка” на “шәкірт”, если имеется в виду ученица, шәкірт с казахского (произ.от арабского) переводится как ученик мусульманского, религиозного наставника (ұстаз)

Жанна Ахметова 21 Қыркүйек 2020 00:18 Dorro Otto

Спасибо, учту.

Dorro Otto 18 Қыркүйек 2020 23:56

Теперь не 42500, намечено 63000...

Наталья Урванцева 21 Қыркүйек 2020 14:50

Прочитала с интересом. Спасибо.

Жанна Ахметова 23 Қыркүйек 2020 01:21 Наталья Урванцева

А в чем заключался интерес? Вам спасибо)

Наталья Урванцева 23 Қыркүйек 2020 19:01 Жанна Ахметова

Подача произведения, стиль. Порывисто, с вызовом. Вспомнились кадры старого советского фильма (не помню названия) :молодая поэтесса читает на сцене стихи. Эмоционально, взволнованно (ностальгия?). Ритм схож с вашим. У Вас жёстче, импульсивнее. Редко привлекают такие вещи, ваша приглянулась)